Тушетия. Где время остановилось.


Чтобы добраться к тайному сокровищу, лежащему на нашем пути, нужно пройти через множество испытаний, преодолевая страхи и сомнения. Не об этом ли идет речь в большинстве сказок? Грузия предоставляет нам возможность пережить сказку наяву!

13707624_10209936029815827_5063774717773298093_n

Много лет я мечтала попасть в один из самых загадочных уголков Грузии, Тушетию. Фотографии друзей, которым посчастливилось побывать в тех краях, нагляднее всяких слов говорили о том, что более райского уголка на земле вряд ли можно найти.

Однако, дорога, ведущая в Тушетию из Кахетии, не зря считается одной из самых опасных дорог мира: она чрезвычайно узка, так, что двум автомобилям там часто не разъехаться. К тому же дорога незаасфальтирована, и во время дождей грунт сильно размывает. Кроме того, нередко после непогоды случается камнепад. Открывается эта трасса обычно где-то конце мая – начале июня, и часто случается, что в сентябре перевал уже закрыт ввиду снежных завалов.

К черту – осторожность! 

Когда тушинские ландшафты стали сниться мне чуть ли ни каждую ночь, стало понятно: мне нужно попасть туда во что бы то ни стало! И моя подруга Лиля согласилась составить мне компанию в этом приключении.

Мы с Лилей нашли опытного водителя-гида, не по наслышке знакомого с теми краями. Он, Бесо, вместе со своим сыном Мишико, приехал за нами на своей машине рано утром, чтобы наконец отвезти нас в мистический тушинский (к)рай.

Как оказалось, перед этой поездкой Лиля не спала всю ночь, потому что ей снились кошмары! Начитавшись о предстоящих нам опасностях, она уже, похоже, жалела о том, что пустилась со мной в эту авантюру. Всю дорогу до второго перевала (первый перевал, Гомбори на высоте 1850 м, по сравнению с тем, что нам еще предстояло пройти, можно зачислить в категорию «детский лепет») мы только и делали, что шутили по поводу нашей предстоящей «преждевременной смерти», несоставленных завещаний, скорбящих родственников, детей-сирот и пр. И эти наши взрывоопасные приступы смеха снимали накопившееся напряжение.

Тот самый смертельный перевал.

pereval

После того, как мы покинули равнинную местность и начали подъем в гору в сторону перевала Абано, на следующих 8 км дорога ухудшилась, после чего – ухудшилась значительно на протяжение 10 км. Однако открывающиеся через густой лес тут и там горные панорамы с многочисленными реками, ручьями, водопадами и ущельями заставляли нас быстро забывать о плохой дороге и тряске. Опасно стало становиться, когда дело дошло до крутого подъема на серпентинах. На дороге то и дело появлялись памятники и кресты. Объяснений этому не требуется: все это – люди, погибшие в пути.

pereval 2

Для красноречивого примера Бесо поведал нам одну забавную историю из горной Сванетии во времена, когда там еще не было построено новой дороги и путь из Зугдиди в Местию был также полон опасностей. «Одна сванская вдова, гордая, строгого вида женщина, не снимавшая траура, потому что у нее на той дороге то и дело гибли родственники, включая собственных детей, так говорила о своих погибших близких: «Они – настоящие джигиты: не побоялись сразиться с р. Ингури!» На это – комментарий Мишико: «А на самом деле эти настоящие джигиты были не бесстрашными, а просто пьяными!»

Поскольку наши гиды на пьяных, слава Богу, не особо похожи, мы немного успокаиваемся. Немногословный Мишико старается вести машину легко и плавно, и мы благодарны ему за это. На высоте  около 1800 м заканчивается граница леса, и теперь горы превращаются в бархатные, покрытые сплошным зеленым ковром. Тут мы понимаем, что если вдруг наша машина начнет падать в пропасть, то уже ни за какое дерево ей будет не зацепиться.

pereval 3

Когда на нашем пути попадаются встречные автомобили, нам время от времени приходится давать задний ход, чтобы пропустить их. «Пусть ОНИ едут с краю, а мы подождем, прижавшись к горе!» — настоятельно рекомендует водителю Лиля. Уж очень не хочется смотреть вниз в пропасть! Но на пути туда это, конечно, — не проблема. Сложнее будет, когда поедем обратно. Тогда Лиля будет настаивать на том, чтобы сидеть в машине слева. Правильно: если уж и падать в пропасть, то хотя бы не первой, а второй!

Заметно, что большинство водителей – стреляные воробьи, и они двигаются неспешно, предупредительно смотря вперед и заранее выбирая места, где можно остановиться, чтобы встречная машина могла проехать свободно. Благо, вокруг нет деревьев, и вид на серпантин открыт для взора.

То и дело выходя из машины, чтобы, замирая от ужаса, посмотреть в пропасть и пофотографироваться на обрыве (увы, на фотографиях глубины пропасти не видно), мы наконец добираемся до перевала Абано высотой 2900 метров). Там царят туман, дождь и ветер. В отличие от других путников, из машины мы предпочитаем не выходить.

Бесо объясняет нам, что после перевала спуск более опасен, чем подъем, поскольку на нем есть семь резких поворотов, на которых тормозить бывает трудно, если вдруг перегреются тормоза. С замеревшим от ужаса дыханием мы преодолеваем все эти семь поворотов, чтобы с облегчением выдохнуть, когда самая большая опасность миновала.

На другой стороне перевала – абсолютно другой пейзаж. Тут намного холоднее, и то и дело на глаза попадается снежные поляны, распластавшиеся прямо на сочной, ярро-зеленой траве. Это – сошедшие вниз и не успевшие растаять снежные лавины. Через некоторые из них, словно через туннель, протекают горные ручьи. В одном из таких ручьев мы моем инжир, припасенный нами на рынке в Телави. Трудно себе представить, что где-то там, внизу, — лето!

Кстати, на обратном пути, описывать который подробно я не стану, мне было намного страшнее, чем на пути в Тушетию. Машину вел Бесо, делая это более по-лихачески, чем его сын, и, кто знает, может быть, специально щекоча наши нервы. На том пути домой я поняла, что бы я выбрала в качестве своей предсмертной трапезы.

Всю дорогу у меня дико сосало под ложечкой, и мне до безумия хотелось пожевать … «тонис пури», то есть наш обычный свежий лаваш с хрустящей корочкой.

Ландшафты.

Спустившись вниз, мы продолжаем наш путь через ущелье вдоль реки Алазани, которых в Тушетии целых три. С двух сторон от дороги – высокие скалы и свалившиеся с гор огромные валуны, водопады и горные ручьи. Спустя некоторое время, мы снова начинаем подъем. Во время маленького перекура мы останавливаемся рядом с одной из первых попавшихся нам на пути сторожевых башен, поднимаемся наверх, откуда открывается сногсшибательный вид на протекающую в ущелье бурную горную реку (их тут, конечно, мириады!), окаймленную лесами.

Омало.

Наконец, дорога приводит нас в столицу Тушетии, село Омало. Оно расположено среди гор на широком альпийском лугу. Заезжаем в деревню и поражаемся количеству здесь гестхаузов: новехонькие, с деревянными балконами, уютные и живописные. Такое чувство, что туристово тут принимают везде, и что чуть ли ни каждый дом – это, по меньшей мере, — кафе или ресторан!

Мы поднимаемся на Кесело, крепость верхнего Омало с ее торжественно-строгими башнями, откуда открывается прекрасный вид на окрестности. (В принципе, в случае Тушетии постоянно говорить о чудесных видах даже как-то банально, потому что тут все – головокружение, полет и сон наяву). По дороге на крепость нам попадается языческий жертвенник, куда женщинам, как объясняет нам Миша, ходить строго воспрещается. Хоть тушинцы и считают себя православными христианами, тут все равно очень сильны языческие верования. Уважая традиции, мы обходим каменный жертвенник стороной.

Omalo 2

Спустясь с крепости вниз, мы устраиваем пикник на одном из холмов, откуда любуемся панорамой Омало. Раскладываем на траве припасенные нами в Телави продукты: сыр, хлеб, помидоры, огурцы, нектарины, яйца.

У нас такое чувство, что сытость к нам пришла без еды. Мы понимаем, что пища для глаз насыщает не хуже обеда.  

Дочу.

После пикника, по лежащей высоко в горах дороге мы едем в село Дочу, которое находится, как говорят, в одном из самых красивых мест Тушетии, в Гомецарском ущелье. Зимой здесь никто не живет, но летом, по-видимому, есть гестхаузы. В село нужно спуститься вниз по тропинке, ведущей вдоль горного ручья. Спуск крут, но он стоит того, чтобы быть проделанным: дело идет к закату, свет очень мягкий и теплый, повсюду – пестрые горные цветы и благоухающие травы, по пути нам встречаются отары овец и многочисленные довольные упитанные коровы, которые, кажется, улыбаются от счастья.

Мы бродим по селу, дороги которого заросли травой, переходя с террасы одного дома на террасу другого (дома тут стоят чуть ли ни впритык друг к другу), рассматривая полуразрушенные строения, а также те, в которых живут, по-видимому, только пару месяцев в году.

Стоим на деревянной террасе одного из таких домов с красивым резным балконом, узор которого немного смущает –пятиконечные звезды. Но найденная на стене дома надпись все проясняет: «1936».

Dochu

Страхи и как с ними бороться.

Покинув Дочу, мы едем дальше через лес туда, где наши гиды устраивают нам мини-экстрим, предлагая пройтись по подвесному мосту на троссах, покрытие которого сделано из деревянных балок. И хотя расстояние между балками достаточно большое, а перила состоят всего лишь из двух тонких прутьев,  мы сдаем этот экзамен и даже просим наших проводников раскачивать мост в то время, когда мы шагаем по нему!

Страхи всех одолевают и к земле нас прижимают,

Если вас накрыл ваш страх, это, братцы, полный крах!

Затем мы поворачиваем и едем назад в сторону Омало, перед которым дорога разветвляется, ведя нас теперь в село Дартло через лес, с правой стороны от нас протекает одна из местных рек Алазани.

most

Дартло.

В Дартло мы прибываем на закате. Вот-вот собирается пойти дождь, но это отнюдь не портит величественного вида деревни с ее красивыми старинными постройками и башнями, и скорее даже придает ей более строгий и внушительный вид.

В низу деревни – палаточный лагерь, разместившийся прямо у реки на открытом пространстве. Это, конечно, очень романтично – костер, палатки, еда из котелка и песни под гитару, — но нам почему-то становится  радостно от мысли, что эту дождливую ночь мы проведем под настоящей крышей, в тепле и уюте.

Наш гестхауз с уютной деревянной террасой находится в верху деревни. Дорога к нему крута настолько, что нашей машине требуется несколько попыток, чтобы взять высоту. Но игра стоит свеч: шикарный вид из дома поразит нас, самое позднее, завтра утром на рассвете, когда в долине будет еще лежать легкий туман, облака которого разделят горы наполовину.

dartlo rassvet

Ужин в гестхаузе.

Мы размещаемся в небольшой комнате со вкусно пахнущим деревянным полом и выходим осматривать место нашей дислокации: уютно, колоритно, тепло, а внизу есть даже цивилизованный туалет с душем и горячей водой. Зайдя на кухню, где нас уже ждет сытный ужин, мы видим, что в этом месте дом был буквально вмурован в скалу (!), а каменные стены кухни ничем не обработаны, и все это добавляет атмосфере еще больше колорита.

Мы привезли с собой вина и фруктов, зная, что в горах они – редкость. Потому под конец сложного для него дня наш гид и шофер Миша приходит в подходящее настроение, чтобы развлекать нас своим искусством тамады, беря на себя роль отца, который остался ночевать у друзей в Омало.

Но вот облом: на ужин нам не предлагают попробовать знаменитого тушинского «цхврис квели», овечьего сыра, о котором мы говорили всю дорогу, встречая на пути отару за отарой овец! А ведь именно этот сыр считается одним из самых популярных местных продуктов! Однако и коровий сыр тут необычайно вкусен! В принципе, в горах вкусно все!

Тост за тостом –  за Грузию, за Тушетию, за Бога, за хозяев, за женщин – и нам быстро становится хорошо, и начинает клонить на сон. А сон здесь воистину богатырский!

В поход!

Dartlo 2

На утро нам, похоже, нужно скорректировать планы: всю ночь шел дождь, и прогноз говорит о том, что днем снова будет дождь с грозой. Мы сомневаемся, удасться ли нам осуществить задуманное: дойти пешком до деревни Чихо, а это 10 км по горной тропе, единственной дороге, которая ведет в эту деревню, а затем вернуться обратно, чтобы походить еще по двум деревням, лежащим выше Дартло.

Решаем все-таки отправляться в путь и время от времени проверять прогноз погоды. Благо, что мобильная связь в горах есть, и мы не чувствуем себя полностью отрезанными от иногда излишних достижений нашей грешной цивилизации.

dartlo 3

Спускаемся вниз к полуразрушенной церкви и к лежащему рядом с ней уникальному месту, судному. Это — выложенные кругом камни, где в древние времена вершили суд старейшины. На табличке для туристов читаем, что, оказывается, в XI веке тут был случай, когда судьей выбрали женщину! Вот вам, пожалуйста, в Грузии была не только «царь-Тамар», но и другие продвинутые женщины, тушинки! И кто там говорил о дискриминации женщин на Кавказе?!

dartlo church

Вообще мы приятно удивлены большому количеству туристических указателей и табличек с пояснениями в местах, где мы бываем. Книга-путеводитель оказывается почти не нужным.

Оставляем деревню позади, переходим мост, поднимаемся на горную тропу, которая, как нам объяснили, ведет в Чихо. Горы, по которым держим путь мы,  покрыты густой травой,тогда как горы напротив, по другую сторону речки, — сплошной густой лес.

Вокруг нас – большое открытое пространство, словно мы не в горах вовсе, а обзор такой, словно видишь все с высоты птичьего полета (над нашими головами кружат большие горные птицы). Горы на противоположной стороне сплошь изрезаны потоками бурных горных ручьев. Это настоящие молочные реки, правда, не среди кисельных, а среди лесных берегов!

vidy

Волки и овцы.

Впереди, чуть выше нашей тропы, мы замечаем отару овец. Их охраняют кавказские овчарки, довольно злобные (или просто занадто ответственные?) существа, которые, завидев нас, начинают громко лаять и спускаться вниз навстречу нам, проявляя агрессию. Нас об этом уже предупреждали: эти собаки могут быть опасны, если пастухи вдруг не успеют прийти на помощь страннику. Мишико советует нам запастись камнями и даже бросает камень в одну из слишком близко приблизившихся к нам собак. Собаки останавливаются, видимо, понимая, что мы проходим дальше, не поднимаясь вверх.

Погода начинает портиться, и я завожу песнь о том, что надо бы все-таки прислушаться к здравому смыслу и потихоньку разворачиваться в обратную сторону. Прогноз говорит нам о том, что дождь может начаться в десять утра. Значит, нам нужно вернуться до этого времени, потому что если дождь застанет вас в горах, есть большой шанс, что быстро вам назад будет не вернуться.

Однако Лиля, в порыве безудержного энтузиазма, не желает прислушиваться к голосу здравого смысла, настаивая на продолжении пути, а на мой вопрос о том, что мы будем делать в Чихо, если вернуться оттуда после дождя нам не удастся, отвечает: «Тогда подождем в Чихо, пока дорога высохнет!» Видно, что двенадцать лет в Грузии сделали из моей Лили настоящую бескомпромиссную и бесстрашную грузинку!

В гостях у чабанов.

zavtrak

На нашем пути – сплошные овца да пастухи! Так мы попадаем в гости к чабанам, которые успевают спасти нас от нападения своих ответственных помощниц-овчарок.

Пастухи приглашают нас на кофе и принимаются быстро его готовить, кипятя воду на костре. В это время мы осматриваем их жилье, состоящее из спальной-кладовки и кухни, а также террасы с видом на горы. За такой вид в каком-нибудь горном отеле многим не жалко и 500 долларов за ночь отдать! А тут люди проводят всю жизнь, как в раю! Интересно, для них тут тоже — рай?

vidy 3

Один из чабанов, более общительный, Малхаз, — худой, приземистый и очень смуглый мужчина, буквально иссушен солнцем и обветрен так, что в свои сорок лет выглядит намного старше своего возраста. Он рассказывает нам, что работает пастухом уже 11 лет и ни семьей, ни детьми пока не обзавелся.

«Как найти жену при такой работе? Может, у вас есть незамужние подруги?» — задорно спрашивает он нас с Лилей, подмигивая нам. Как выясняем, та же ситуация – и с его коллегой Шотой, красивым рослым парнем помоложе: ни девушки, ни жены у него нет, хотя со своими внешними данными Шота легко мог бы устроиться актером на какой-нибудь киностудии. Но как найти красавицу, если здесь, в горах, чабаны проводят с мая по октябрь, после чего спускаются в Алазанскую долину и доходят со своей отарой аж до границы с Азербайджаном! Потому единственное утешение пастухов, как это принято и у дальнобойщиков, — прикрепленные к стене и выцвевшие под ярким солнцем журнальные картинки с красивыми полуобжаненными девушками.

Ну раз так и парням нужны жены, идем осматривать их состояние, чтобы оценить их финансовую состоятельность.

В кладовке у чабанов – огромные роллы сыра, запакованные в мешках с рассолом! Каждый ролл – по 8 кг. Один килограмм стоит 15 лари (по теперешнему курсу – около 7 долларов). Подопечных у Малхаза и Шоты немало – целых 300 овец! В день– особенно в начале сезона – им приходится надаивать от них до 150 литров молока, на что уходит мин. три часа. Потом они начинают делать сыр (из трех литров молока выходит 1 кг сыра), а из сыворотки – надуги, жирный творог, похожий на итальянский рикотту. Так что работы много, но, говорят, и зарплата хорошая – такая, что легко могли бы позволить себе содержать семью. У Шоты даже джип есть, а Малхаз вот водить не умеет, а так тоже бы прикупил себе авто.

На залитой солнцем террасе мы угощаемся сладким «Nescafe» (по-другому его пить невозможно), заедая его овечьим сыром с вкусными лепешками, приготовленными пастухами. Один из лучших в мире завтраков!

Вот так, как это часто бывает в Грузии, жизнь снова подкорректировала наши планы.

Если вы путешествуете по Грузии или живете здесь, возьмите себе на заметку одно правило:  никогда не стройте дальносрочных планов, старайтесь быть гибкими и уметь подстраиваться под обстоятельства – каждый день, каждый час! Иначе Небесам, до которых тут и вправду легко дотянуться, придется преподнести вам урок, который не всегда придется вам по душе.

Несмотря на то, что погода заметно улучшается, мы решаем все-таки не идти уже больше в Чихо, а разоварачиваемся и идем обратно. Дело в том, что нам бы хотелось успеть подняться из нашего села, Дартло, в сёла Дано и Квавло, лежащие выше над нашей деревней.

Там, где красивые горы, нужно обязательно ходить пешком, даже если речь идет о крутых подъемах и спусках! Потому что из окна машины всю прелесть ландшафтов не прочувствовать, как бы волшебно ни было вокруг!

Прикладываемые усилия, в нашем случае – чисто-физические,  неимоверно усиливают наслаждение волшебными видами.

Прогулка в Дано и Квавло – сущая благодать! Подъем некрут, и вся дорогая — среди цветущих горных трав и мирно пасущихся коров – чрезвычайно живописна. Деревни эти, как и многие другие, обжиты только во время короткого летнего сезона. Как и в Дочу, здесь множество домов самобытной каменной кладки, тропинки между которыми заросли высокой травой. Однако и в этой в деревне все-таки живут люди: во дворе нескольких домов бросаются в глаза самые что ни на есть современные солнечные батареи!

Из Нижнего Квавло, перейдя бурную горную речку прямо по камням, мы перекочевываем в Верхний, где — к нашему большому удивлению! – нам на глаза попадается один сказочный гестхауз с кафе, где, сидя на уютной деревянной террасе на высоте 2300 м, мы поедаем большую порцию арбуза, запивая его … вкуснейшим кахетинским вином. Дело в том, что у всех местных жителей есть земли в Алазанской долине, где они выращивают свое вино.

yoga

Затем, чуть ли ни скатываясь с крутой горы, мы спускаемся в наше село, Дарло, что на высоте 1800 м над морем, чтобы отобедать в гестхаузе, запаковать свои сумки и держать путь дальше — на машине — в Парсму, одно, как нам сказали, из самых романтических селений Грузии.

Дорога проходит в низине, вдоль реки Алазани. Иногда двум машинам на дороге не разъехаться, и потому приходится ждать в «рукавах». В нескольких местах мы переезжаем речку прямо по воде. Благо, мы на большом джипе, потому что переезд не всегда прост. В принципе, этот путь мог бы стать хорошей пешей прогулкой, если бы у нас было немного больше времени. Даже немного завидно смотреть на встречающихся нам по пути пеших туристов, имеющих такой шанс!

koni

Всадники мы тоже то и дело встречаются нам по дороге. Иногда им приходится слезать с лошадей, чтобы не упасть в реку, разъезжаясь с нами. Нас охватывает ужас при виде одной неиство несущейся на нас лошади, которая, как думаем мы, то ли белины объелась, то ли обкололась: на узкой дороге лошадь с наездником идет зигзагом, и ее шатает из стороны в сторону! И только потом мы замечаем, что пьяна не лошадь, пьян … всадник!

Парсма, или средневековая тушинская романтика.

Прибыв в Парсму с ее мощными старинными, лежащими высоко на горе, башнями, мы попадаем в глубокое Средневековье! Подъем вверх в деревню крут, но недолог и стоит того, чтобы его пройти! Говорят, еще не так давно в этих башнях, где уже не больше перегородок между этажами, устраивали свадьбы. Сложно в это поверить!

parsma2

Мы гуляем по селу, которое кажется нам первобытным, натыкаемся на огороженные низких забором языческие жертвенники, к которым, как мы уже знаем, нельзя подходить женщинам. Во дворах резвятся дети, сидят под теплым вечерним солнцем на завалинке взрослые, сушится белье, пасутся красивые лошади. Таких красивых лошадей нам еще не приходилось видеть нигде в этих краях! Не лошади, а фотомодели какие-то!

parsma

Одна из местных жительниц, у которой мы покупаем овечий сыр, угощает нас вкусным кофе по-турецки. Уезжать отсюда нам совсем не хочется. В принципе, здесь можно было бы переночевать, чтобы наутро совершить  очередную пешую вылазку в Гиреви, еще одну милую деревушку, до которой нет автомобильной дороги, а только тропинка.

Но ввиду отсутствия времени мы спускаемся вниз к машине, чтобы проделать путь обратно в Омало.

Na mashine

Под вечер, сидя на террасе очередного гестхауза, где для нас приготовлен чудесныейший ужин, мы чувствуем себя переполненными доверху впечатлениями и эмоциями от них. Действительно за два дня мы пережили столько, что нам кажется, будто мы находимся в пути уже не меньше недели!

Жаль, что завтра нам нужно обратно в Тбилиси! Хотя если бы домой нам и не нужно было  возвращаться , то, наверно, все равно пришлось бы сделать небольшой перерыв и отдохнуть от походов, чтобы успеть переварить всё увиденное за эти дни, прежде чем продолжать накапливать новые впечатления.

nogi

В Тушетию нужно приезжать снова и снова! А времени для этого нужно брать с запасом! Тут – и погода, и божья воля имеют немаловажное значение. Главное – прислушиваться к своему внутреннему голосу.

Спасибо всем, кто помог нам осуществить наши планы! И, конечно же, слава Богу за то, что он дал нам возможность снова преодолеть тот смертельный перевал, не оставив после себя памятника на дороге.

 

Омало – Ахмета — Тбилиси, июль 2016